кривицкая, замошье

«Что ни жизнь — то судьба, и у каждого она своя, только ему написанная свыше», — такая мысль промелькнула, когда подъехали к дому героини моего повествования Анны Григорьевны Кривицкой (на снимке), жительницы Замошья.

кривицкая, замошье

По порядку во дворе и на огороде отметила про себя, что живёт здесь настоящая хозяйка, трудолюбивая и бережливая. И не ошиблась. Встретила меня энергичная, «жвавенькая» бабушка. Она приветливо улыбнулась и радушно пригласила в дом, где было прибрано, чисто, уютно. Стены украшали старинные картины художника-любителя, в комнатах — простая мебель, много вышивки, ткачества. Бросился в глазах и погребок, полный заготовок на зиму, в ящиках по-хозяйски сложенные яблоки. Из соседней комнаты доносился голос диктора радио — надо же знать Анне Григорьевне, что происходит в мире, да и песню хорошую всегда приятно послушать.

— Порядок какой у вас, — тут же, не удержавшись, заметила.

— Дочки Маша и Анна постоянно убирают, да и я стараюсь поддерживать. Не люблю, когда неаккуратно, — коротко ответила Анна Григорьевна. —  С особой любовью отношусь к цветам, хотя уже и нет здоровья за ними ухаживать. Поэтому отдала свои вазоны в школу, сельсовет — пускай радуют людей.

Всматривалась в глаза этой простой сельской женщины, которой уже без малого 90. В них читались мудрость, доброта и необычайная глубина. Её прекрасной памяти, ясному уму, размеренной, спокойной речи могут позавидовать и молодые. А ведь только позже узнала, что, оказывается, Анна Григорьевна перенесла уже три инсульта. Но, слава Богу, держится, молодцом, много двигается, зная, что это и есть жизнь. Не может без дела сидеть. Правда, силы и здоровье уже не те, что в молодые годы.

Когда писала эти строки, вспомнила свою знакомую. Пришлось ей как-то общаться с женщиной лет 90, а, может, и больше. Та бабушка сказала, что её жизнь настолько мгновенно пролетела, что она как будто и не жила вовсе. И потом, призадумавшись, добавила: «Мы с годами становимся, словно заложниками своего тела: кажется, многое сделали бы, да уже не можем». Так и Анна Григорьевна. Но это сейчас. А в своё время пришлось ей погоревать сполна, сколько руки работы переделали, сколько ногам пришлось побегать, одному Богу известно.

Жизнь прожить — не поле перейти. Много испытаний выпало на долю Анны Григорьевны. И все она терпеливо, безропотно переносила. Помогала вера в Бога, обращалась к Нему за помощью в трудную минуту. И утешение находила в одном — в труде. Только работа помогала жить, спасала от всех хворей-болезней, жизненных неурядиц.

— Дети не хотят, чтоб умирала, везут в больницу, ухаживают за мной, да и спасибо добрым людям, которые мне помогают. Молюсь за всех каждый день, — задумчиво сказала моя собеседница.

Попросила Анну Григорьевну рассказать о себе, детстве, родителях.

— Местная я, из Замошья, здесь моя жизнь и прошла, — ответила женщина. — Родители были простыми тружениками, работали в колхозе, пахали, сеяли. У них было 11 детей, я самая младшая. Шестеро умерло. Осталось нас пятеро. Два брата воевали. Иван пошёл в армию, а оттуда его забрали на фронт. Пережил блокаду Ленинграда, вернулся с двумя ранениями. Второму брату, Андрею, не суждено было возвратиться живым — погиб в Бобруйском котле. Там же погибло и много наших односельчан, и швагер Федот Коноплич. Дома у моего брата Андрея остались жена и годовалая дочурка Степа. Потом жена брата умерла от тифа. В 1943 году и отец мой тоже. В то время многие переболели этой страшной болезнью. Позже я взяла племянницу под свою опеку, как родную дочь вырастила. Замуж отдала, старалась, чтобы у неё всё, как у людей было. Сейчас она с семьёй в Свидном живёт.

А у родителей, как у всех в то время, хозяйство было большое — корова, свиньи, куры. Земли сколько давали, столько и пахали. Я опорой была для родителей, ведь братья в армию пошли, сёстры —  замуж. Помогала с детства во всём. Никакой работы не боялась. До 5 классов доучилась. Потом в нашу жизнь ворвалась война… Многие в лесу прятались. А отец мой сказал: «Не в лес, а на болото пойдём — немец туда побоится идти». И оказался прав. Это помогло и нам жизни сохранить, и худобу нашу сберечь. А кто прятался  в лесу, то многих людей поубивали, и их живность побили,  и курени сожгли. У нас в лесу большие кладбища… Настрадались-нагоревались. И голые были, и босые, и голодные. Хватило всего. Кто пережил всё это, тот знает, что такое война. От одного этого слова в сердце холодеет. Болото нас спасло, не пошёл туда враг. После войны тоже тяжело было, но радовало, что хоть спокойно. Надо было жить дальше. Возрождались колхозы, совхозы. Строили землянки, курени. Разживались понемногу. Люди дружно помогали друг другу. Потом стали лес резать да хаты строить. И мы за два года добротный дом поставили.

— А с мужем своим как познакомились? — спрашиваю.

—  Мы из одной деревни, вместе в школу ходили. Так что знали друг друга. Адама моего с 15 лет в партизаны забрали, рослый был, здоровый. Потом — на фронт. До самой Германии дошёл. Домой вернулся с ранением — ногу раздробило вражеской пулей, шрамы так на всю жизнь и остались. Хороший, работящий был, поэтому и пошла за него замуж. И ни о чём не жалею. Муж конюхом в совхозе работал. Почти 60 лет прожили вместе, восьмерых детей подняли на ноги. Всё мой хозяин умел делать, за что ни брался, правда, уже 4 года, как нет его среди живых. И дочь моя Антонина недавно умерла. Боль до сих пор в сердце…

кривицкая, замошье

Всю жизнь Анна Григорьевна работала на ферме животноводом, телятницей, дояркой, занималась воспитанием детей, приучая их к труду. Спать, а тем  более отдыхать некогда было. В четыре часа женщина бежала на ферму, приходила, занималась домашними хлопотами, вечерами пряла и утром вновь — доить коров. Держали с мужем аж по 6 коров, свиней, стадо овец, гусей, кур. Дети во всём помогали: и по хозяйству, и на огороде. В основном, в зимнее время занималась любимым делом — вышивала, ткала, вязала. Удивительные работы мастерицы — салфетки, наволочки, покрывала, постилки  и теперь украшают дом. А рушники какие красивые! Все тканые, с любовью и старанием украшенные узорами. Работы рукодельницы не раз экспонировались на различных выставках в Киеве, Минске. Ещё Анна Григорьевна не представляет своей жизни без песни. Поёт с детства, помнит, как когда-то вечерами, сидя за кружевами, мама и тётя пели. И она возле них училась. Сколько песен народных знает эта женщина! Сколько свадебных она перепела!

— Люблю песню безмерно, где бы ни была — всюду пела, и дома, и на работе.. Правда, из-за болезни где голос и делся, — говорит Анна Григорьевна.

Многому можно поучиться у этой простой мудрой женщины. Секрет её долголетия прост: терпеливо переносить все жизненные невзгоды. Анна Григорьевна никогда никого не осуждала, относится к людям по-доброму, с уважением  и любовью, и они платят тем же.

— Хотелось бы передать большой поклон учащимся Замошской школы, что они меня всегда навещают, помогают по хозяйству, их учителю Сергею Шкроботу, директору школы Тамаре Круковской, — сказала Анна Григорьевна. — Спасибо за внимание и заботу работникам сельисполкома. Вот и в День пожилых людей мне было очень приятно получить букет цветов и подарок от председателя сельского Совета Елены Сердюк.

Анна Григорьевна богатая бабушка: они с мужем вырастили восьмерых детей, у неё 17 внуков, 21 правнук и 2 праправнучка. Женщина счастлива, что все её дочери нашли себя в жизни, имеют семьи, что подрастает достойная смена — такие же трудолюбивые, жизнерадостные, как и их мама, бабушка и прабабушка. Жизненная философия Анны Григорьевны проста: надо любить жизнь и труд. И с этим нельзя не согласиться.

От души поздравляем эту замечательную женщину со светлыми праздниками — Днём матери и Покровом Пресвятой Богородицы. Здоровья Вам, Анна Григорьевна, на долгие годы, крепости духа. Оставайтесь такой же доброй, щедрой душой, жизнерадостной. Пускай всегда с вами рядом буду близкие и дорогие люди, окружающие теплотой, заботой, вниманием. Ибо нет ничего ценнее в жизни, чем сердечность и доверительность отношений.

На прощанье радушные хозяйки Анна Григорьевна и её дочь Анна накормили меня очень вкусным обедом, приготовленным их натуральных деревенских продуктов. А домашние творог, молоко и тушёнку не сравнить ни с чем.

Текст и фото Светланы ЛИПСКОЙ.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Войти с помощью: