То, о чём я решил написать, вероятно, волнует не только меня, но и многих других неравнодушных к окружающей среде жителей Лельчиц и района. Речь идёт о неумолимом, ускоряющемся с каждым годом обнищании природы нашего края, через который с юга на север проходит главная его водная артерия –– река Уборть. Вот вокруг этого основного «действующего лица» и развиваются все драматические события. Я вовсе не собираюсь искать тут виновных: всё течёт, всё изменяется, и глупо было бы пенять на природу –– у неё свои законы, и людям они неподвластны. Хотя и без вмешательства человека процесс ухудшения экологической ситуации не происходит. Поэтому я просто решил изложить здесь суть и собственное видение возникшей проблемы, напомнить о ней. Вместе с тем, хотелось бы узнать, что по этому поводу думают заинтересованные службы и органы.

 Немного истории

Некоторыми исследователями название нашей реки трактуется как «река у борти». Наш земляк А. И. Отногулов в своей книге «Хроніка Убарцкага Палесся» приводит о реке такие данные. Уборть является правым притоком реки Припять. Протяжённость от места, где она получила название, до устья –– 292 километра. Перепад высоты от истока до устья — 96,3 метра. По нынешнему территориальному разделу река берёт начало с юга Емильчинского района Житомирской области Украины, а не в Карпатах, как считают некоторые жители района.

Из других источников добавлю, что протяжённость Уборти в пределах района около 125 километров. По берегам водной артерии и в непосредственной близости от неё расположена четверть населённых пунктов и проживают до 70 процентов жителей.

Люди селились на берегах Уборти ещё во времена мезолита (примерно 10 тыс. лет назад), о чём свидетельствуют археологические находки в районе деревень Милошевичи, Лисное и др. В исторических же документах впервые Уборть упоминается в 1412 году.

 

Поилица и кормилица

Ранее река была важнейшей и самой дешёвой транспортной артерией. По ней вплоть до конца 60-х годов прошлого столетия сплавлялись сотни тысяч кубометров древесины. А в период весенней и осенней распутицы сообщение между сёлами шло только водным путём. На лодках ловили рыбу, по воде добирались до сенокосов и пастбищ, перевозили сено, дрова. Когда же появились лодочные моторы, то для жителей Замошья и Убортской Рудни стало привычным делом ездить в Петриков на базар. Возле каждого прибрежного села на реке были пристани с десятками лодок. Зимой по наведённых морозом мостам напрямую через Уборть люди возили заготовленное на лугах сено, заготавливали лёд для сепаратных пунктов маслозавода и общепита. На реке рыбаки прорубывали треугольные проруби и ловили в них рыбу вентерями (жаками), а на пойме в озёрах –– вьюнов “коробочками”. Словом, Уборть была кормилицей и поилицей.

Кстати, о рыбе. Её было много, очень много. И всякой. Как в реке, так и на пойме в старицах, больших и малых озёрах. На утренних и вечерних зорьках вода буквально кипела от всплесков играющей рыбы. Её ловили кто чем мог и сколько хотел. Раньше я мог насчитать до 21 вида обычных для Уборти и её поймы рыб. Иногда прокидывался сазан, чехонь, жерех, минога. Какая рыба осталось сейчас, с уверенностью сказать не могу, но точно знаю, что исчез гольян, на грани исчезновения пескарь, вьюн, налим и елец. Помимо своей рыбы в Уборть поднималась на нерест и рыба с Припяти. Тем более что простора для этого хватало вполне. От урочища Белые берега и до деревни Убортская Рудня при весенних паводках разлив реки местами доходил от трёх до четырёх километров. Так как долины находились под пастбищами и сенокосами, а трава на них выкашивалась или съедалась скотом, затоны и озёра были проточными,то это позволяло рыбе беспрепятственно пройти на места нереста, отнереститься, пожировать и вместе с появившейся молодью вернуться в реку.

Да и красотами своими радовала Уборть. Отдых на ней был столь привлекательным, что в одном из живописнейших уголков в урочище Веслидное возле д. Марковское был построен пионерский лагерь «Криничка». Летом по реке на байдарках плыли многочисленные туристы. Для луговой и болотной водоплавающей птицы тоже было раздолье. Над Убортью в весенний период проходили миграционные пути птиц, а на широких разливах часто останавливались на отдых стаи диких гусей и даже лебеди.

уборть2

Обратный отсчёт

Сейчас не останавливаются: разливы заросли кустарниками и заслоняют осторожным птицам обзор, чтобы видеть опасность издалека.  Но первый тревожный звонок для Уборти прозвенел в начале 80-х. Без видимых причин среди лета вода в реке вдруг стала подниматься и выходить в пойму. Потом это явление стало повторяться из года в год. Рыбе да уткам на первых порах это было во благо. А вот людям и скоту –– беда. Погибало уже скошенное сено, негде было пасти скот. В 1986 году процесс ускорился. Коров с каждым годом становилось всё меньше, да и тех перестали пасти на лугах. Разорвалось природное звено: трава –– коровы –– птицы. Хозяйственная деятельность в пойме Уборти почти прекратилась. Там стали густо разрастаться травы и кустарники, сток воды задерживался, вода и трава покрывались «ржавчиной». А в июле 1992 года произошёл первый массовый замор рыбы на всей реке. Вряд ли стоило винить тогда украинцев за нерегулируемый сброс воды. У нас самих почти месяц шли дожди. Жара и гниющая трава отравили рыбу.

Стали думать, как уменьшить последствия паводков. В низовьях Уборти действительно были труднопроходимые участки, задерживающие сток воды. И реку выпрямили в двух местах. Хотели как лучше, а получилось как всегда. Вода по прямой не пошла, а полетела. В результате ускорения течения Уборть стала быстро мелеть, уровень воды в мелиоративных каналах понизился, и вода из них стремительно ушла в реку. Последующие годы были относительно сухими, и это принесло ещё одну беду: начал понижаться уровень грунтовых вод. Сейчас он снизился на более чем полутора метра, что хорошо видно по «выросших» берегах реки, недавно отремонтированных мелиоративных каналах и высохших колодцах. Вместе с уменьшением уровня воды в реке и снижением уровня грунтовых вод начали высыхать затоны, старицы, мелкие озёра, а трава и кустарники, удобренные по весне водой из мелиоративных каналов, стали разрастаться ещё больше. Через 6 лет, летом 1998 года, снова произошёл замор рыбы. Правда, он был не таким массовым, потому как и рыбы было уже меньше, да и вовремя прошёл дождь.

 

Катастрофа?

Последующие 9 лет были относительно благополучными для рыбы. Вода в реке хоть и была коричневой, но заморов не было. Зато птиц заметно поубавилось. Пропала вода в долинах. Порвалась вторая природная цепочка: вода –– мелкая рыба –– земноводные –– насекомые –– птицы. Иными словами, не стало воды, изменилась среда обитания и птицам просто не стало чего есть.

Лето 2007 года не было дождливым, и вроде ничего не предвещало беды. Но в середине июля вновь хлынула вода с верховьев, и тогда без вины украинской стороны (умышленной или неумышленной), на мой взгляд, не обошлось. Опять жара, гниющая и сжигающая кислород «ржавая» тёмно-коричневая вода, сброс насыщенной удобрениями и химикатами воды из мелиоративных каналов –– и вновь катастрофа для рыбы и птицы. Даже ондатры и ужи дохли. Река из нерестовой превратилась в убийцу рыбы.

Три случая замора рыбы на Уборти за 15 лет –– это уже не случайность, а скорее закономерность, и можно ожидать следующих. Ведь основные причины не устранены. В текущем году, вероятно, замора рыбы не предвидится: выжжено много травы в пойме, частично освободились протоки, и вода должна очиститься на обугленных площадях. Впервые на Уборти нет весеннего паводка, и вода в реке относительно чистая.

«Няма таго, што раньш было»

Но всё познаётся в сравнении. Для тех, кто видел и знал Уборть 50 или хотя бы 30 лет назад, сейчас её не узнают. Вода уже не той чистоты, в реке и возле неё полно бытовых отходов –– и никому до этого нет дела. Красивые места ещё можно найти, даже рыбы можно наловить при хорошей прикормке. Труднее отыскать чистые, без бутылок, банок, упаковок и прочего мусора места. Обидно, что в нашем районе, одном из самых крупных в республике по территории, лесистости, не обделённом водными ресурсами, являющимся частью Национального парка «Припятский», осталось мало рыбы в реке, болотных и луговых птиц. Исчезают красивейшие птицы Беларуси –– сизоворонка и зимородок, которые по красоте небесно-голубого оперения не уступают райским птицам южных широт. Не слышно уже на Убортью паровозных гудков болотной выпи, прекратился вечерний спор между перепелами и дергачами. Никто не спрашивает теперь у нас на лугу: «Чьи вы?», потому как чибисов тоже нет. Пропала и белая цапля. Невольно возникают вопросы: что оставим потомкам, что покажем туристам (хотя и сами мы не прочь полюбоваться местными красотами)? И ведётся ли вообще анализ экологической обстановки в районе?

Александр МОСКАЛЕВИЧ

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

 
 

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. Прекрасная статья, написанная рыбаком и человеком, который переживает за Уборть. Прокомментирую некоторые наиболее интересные размышления автора.

    «…Ранее река была важнейшей и самой дешёвой транспортной артерией. По ней вплоть до конца 60-х годов прошлого столетия сплавлялись сотни тысяч кубометров древесины. А в период весенней и осенней распутицы сообщение между сёлами шло только водным путём. На лодках ловили рыбу, по воде добирались до сенокосов и пастбищ, перевозили сено, дрова». Об большой роли Уборти говорит и тот факт, что практически все самые древние следы людей находятся на берегах Уборти. Да и из 10 древнейших поселений – СЁЛ, которые можно отнести к нач. 15 века – 5 (ПЯТЬ) находятся на берегах Уборти – Глушковичи, Милошевичи, Боровое, Лельчицы, Злодин.
    «…Её было много, очень много. И всякой. Как в реке, так и на пойме в старицах, больших и малых озёрах. На утренних и вечерних зорьках вода буквально кипела от всплесков играющей рыбы». Её ловили кто чем мог и сколько хотел. И как не странно – всем рыбы хватало. И чем её только не ловили – полозом, либо бреднем. Ставили верши, вентари (жаки), топтали топтухой, тягали невод, ставили рожовки. А сейчас….. А сейчас и охрана природы и штрафы огромные. А рыбы как не было, так и нет
    «…Коров с каждым годом становилось всё меньше, да и тех перестали пасти на лугах. Разорвалось природное звено: трава –– коровы –– птицы. Хозяйственная деятельность в пойме Уборти почти прекратилась». И в уменьшении поголовья коров как не странно сыграли свою роль и ветеринарные службы. В течении последних 10 лет хозяев, державших коров, просто запугали «страшным» лейкозом?. Как результат – люди избавились от коров, а лейкоза то нет, так его никто и не «увидел». И коров нет. Вот и зарастают речные луга кустами – карчами.
    «…Стали думать, как уменьшить последствия паводков. В низовьях Уборти действительно были труднопроходимые участки, задерживающие сток воды. И реку выпрямили в двух местах. Хотели как лучше, а получилось как всегда. Вода по прямой не пошла, а полетела. В результате ускорения течения Уборть стала быстро мелеть, уровень воды в мелиоративных каналах понизился, и вода из них стремительно ушла в реку». Ну а если добавить массовую мелиорацию в 60-90 годы, разработку торфа вплоть до песка, «сумасшествие» в рытье каналов вдоль и поперёк, то получили мы в наследство не реку, а постепенное её исчезновение. Да и речушки притоки Уборти, что с ними стало? Деревни на берегах этих речушек исчезли, трава там уже не косится, кринички — роднички пастухами не чистятся, водичка не течёт. Вьюнов никто не «топчет», вытягивая на берег траву, мусор, ветки. Вот и превращаются эти речушки в коричневую смердящую массу, в которой даже головастик жить не хочет.
    Отрицательную роль сыграло и массовое бесконтрольное бурение скважин. Сколько их появилось за последние 20 лет? Ведь никто и не контролирует это.
    «…Вода уже не той чистоты, в реке и возле неё полно бытовых отходов –– и никому до этого нет дела. Красивые места ещё можно найти, даже рыбы можно наловить при хорошей прикормке. Труднее отыскать чистые, без бутылок, банок, упаковок и прочего мусора места.» Именно в этом и раскрывается вся натура лельчуков – прийти, нагадить, насрать и уйти. А после нас хоть потоп. И всё это сваливается на плечи работников леса.
    Но не всех можно отнести к таким. Есть масса людей, которые убирают чужой мусор. И как не странно, эти люди не относятся к общественным организациям, это простые граждане.
    «…И ведётся ли вообще анализ экологической обстановки в районе?…» Эколог точно есть. Но он любит кушать только черемшу. Дикую. А табличек как не было вдоль малых рек, так и нет. Да и что говорить – закрыли даже местную метеостанцию.

Ответить

Войти с помощью: