Новый коронавирус далеко не самый заразный и не самый смертельный

0
126

У страха глаза велики

Человечество столетиями испытывали на прочность вирусы и бактерии, и даже с самыми страшными люди успешно справлялись. Взять хотя бы испанку, самую массовую и смертельную пандемию гриппа за всю историю, которая за первые 30 недель погубила более 35 млн. Всего же в 1918 – 1919 годах от нее, по разным данным, погибли от 60 до 100 млн человек. В 2009-м этот вирус вернулся, правда в более легкой форме, и поменял название на свиной грипп. Сегодня он лечится как обычный сезонный… Так правы ли те «всепропальцы», которые нынче кричат, что новый коронавирус  и самый заразный, и самый убийственный? С этим вопросом «СБ. Беларусь сегодня» помог разобраться заведующий организационно-методическим отделом РНПЦ эпидемиологии и микробиологии Александр ПЕТКЕВИЧ.

Корь даст фору

Александр Петкевич / ФОТО АЛЕКСЕЯ ВЯЗМИТИНОВА

— В природе известно более 50 различных коронавирусов, в первую очередь среди животных, — рассказывает Александр Сергеевич. — Но мы уже сталкивались со штаммами, которые приводили к гибели людей, причем в международном масштабе. Это SARS (атипичная пневмония) и ближневосточный коронавирус MERS.

В чем отличие нового штамма? Вирус SARS не имел такой контагиозности (заразности), способности переноситься от больного к здоровому, но шел сразу на поражение, вызывая в большинстве случаев тяжелую пневмонию. Не менее фатален был и MERS – более 40 процентов заболевших не выздоравливали. Новый же коронавирус легче переносится. Если, скажем, у птичьего или свиного гриппа репродуктивный индекс, по разным данным, — 1 — 1,6, то у COVID-19 – 2 — 3,5, это значит, что от одного могут инфицироваться от 2 до 4 человек. Между тем есть намного более заразные болезни. Например, у кори этот индекс – 12 — 16. Непривитый человек заболеет корью не только при тесном общении с больным, но даже если он находится в соседнем кабинете и даже на другом этаже! Во времена, когда не было прививок против кори, практически каждый ребенок до 5 лет заражался. Летальность среди детей до года по сей день в странах Африки составляет 20 — 30 процентов.

— У коронавируса такой способности к распространению нет, — подчеркивает доктор Петкевич. –  Его предел для заражения – метр. Это точно исследовано, отсюда и рекомендация для надежности соблюдать дистанцию 1,5 — 2 метра.

Статистика и реальность

Летальность же при коронавирусной инфекции в некоторых странах ниже, чем, например, у сезонного гриппа (от него каждый год в мире умирают до 650 тысяч человек!). Да и сама болезнь в 80 процентах случаев протекает в легкой форме. Почему же тогда ряд государств дают такие высокие цифры смертности, резко контрастирующие с другими?

Например, летальность коронавирусной инфекции в Китае, с которого все началось, составляет 4 процента, а в Германии – лишь 0,5 процента. Свою роль играют особенности подсчета. Итальянские исследователи опубликовали любопытное эссе с объяснением, почему так неравномерно выглядит смертность. Все дело в количестве проведенных тестов. До конца февраля там проводили их массово и выявляли даже тех, у кого болезнь протекала бессимптомно. А когда начался пик эпидемии, правительство призвало не перегружать лаборатории долгой диагностикой. Результат: меньше подтвержденных случаев заражения и кажущаяся более высокой летальность.

— Пока сложно анализировать эти цифры: научно обоснованных данных нет, — подчеркивает Александр Петкевич. – А то, что большинство европейских стран к борьбе с массовыми инфекционными заболеваниями оказались не готовы – это факт. Индивидуально тамошние клиники от любой патологии вылечат. Их успехи в лечении неинфекционных заболеваний неоспоримы. А в условиях пандемии они оказались повержены. Во-первых, в Европе нет санитарно-эпидемиологической службы, во-вторых, там нет инфекционных больниц. Для частной медицины их невыгодно содержать. Отсюда и печальная статистика, и целые развороты с некрологами в итальянской прессе, будоражащие психику.

Сейчас, когда коронавирус перетягивает на себя внимание, мы почему-то забыли о более опасных инфекциях, убивающих огромное количество людей. Например, от кори нас спасает только массовая вакцинация. А вот на тихоокеанских островах Самоа, где заболеваний корью давно не было и уровень вакцинации снизили до 30 процентов (при 95 процентах, требуемых ВОЗ!), в конце 2019-го произошла вспышка. Количество заболевших превысило 5,5 тысячи, погибло почти 80 человек, в основном дети до 4 лет. И это при населении в 200 тысяч…

Как приобретается иммунитет к инфекциям? История знает разные примеры. Скажем, во время средневековых эпидемий чумы большую роль сыграла генетическая устойчивость. Это уникальная способность человеческого организма вырабатывать и запоминать защиту от вирусов на клеточном уровне. Люди, выжившие при эпидемии без вмешательства медиков, передавали ее всем последующим поколениям. А вот оспу и полиомиелит удалось почти победить с помощью вакцин. Наличие «коллективного иммунитета» объясняет отсутствие масштабных эпидемий ветрянки и в некоторой степени гриппа.

— COVID-19 по классификации патогенности не относится к числу особо опасных, — утверждает Александр Сергеевич. — Высший класс опасности — это, например, геморрагические лихорадки Эбола, Марбург, Ласса. К слову, вирус Эбола вызывает гибель 70 процентов госпитализированных. А бешенство, если экстренно не ввести вакцину, в 100 процентах случаев смертельно. Но эти вирусы не охватывают весь мир, а потому не вызывают такой общественный резонанс, как коронавирус, который по степени угрозы сопоставим скорее с гриппом, тоже вызывающим вирусную пневмонию.

Реальной опасности для абсолютного большинства этот вирус не несет, уверен вирусолог. Сегодня есть несколько прогнозов по развитию ситуации. Либо, передаваясь от человека к человеку, вирус вызовет формирование «коллективного иммунитета» и его эпидемический потенциал ослабнет. Либо будет циркулировать, как и все сезонные респираторные вирусы, которые в силу своих особенностей чувствительны к погоде, температуре и ультрафиолету. Если COVID-19 из их числа, значит, летом можно ожидать снижения скорости роста новых случаев.

— Уже 70 известнейших в мире фирм в условиях жесткой конкуренции разрабатывают вакцины, — рассказывает вирусолог Петкевич. — По данным китайских исследований, препарат уже прошел стадию проверки на безопасность и безвредность. И в мае начинаются клинические испытания на добровольцах. Будут смотреть эффективность. Правда, работа занимает не менее полугода. Зато к следующему сезону, если вирус вдруг решит вернуться, надо полагать, мы уже будем во всеоружии.

Новый коронавирус  далеко не самый заразный и не самый смертельный.

Мы знаем противника в лицо

Александр Петкевич приводит хронологию:

 — Уже в середине декабря мы информировали Минздрав о неизвестной пневмонии в Ухане. В начале января узнали, что ее вызывает новый штамм коронавируса, который относится к группе респираторных. 17 января была определена и выложена ВОЗ его структура, полноразмерный геном. 23 января мы создали новые диагностические наборы и начали проводить диагностику. Это и есть боевая готовность. Мы знаем, что происходит в мире и что нужно делать. Сперва у нас было 4 лаборатории, которые проводили тесты, потом стал задействован весь институт, сегодня по диагностике коронавируса в стране работают 26 лабораторий. И каждый день мы наращиваем ресурсы и готовим резервы, чтобы держать ситуацию под контролем при любом развитии эпидситуации.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Войти с помощью: